Невыносимая легкость нежности
Неагрессивное, некричащее, непретенциозное. Нежное… Искусство Людмилы Бальцер и характер его создательницы – неразделимы. Где бы не находилась эта удивительная женщина, нежность остаётся основной мелодией ее сердца, способом выразить «невыносимую легкость бытия».
В её пейзажах, посвященных испанской Валенсии, тонко подобранные краски небольшими мазками ложатся на холст, легко разбегаются, словно «сотворяя»: подзагоревшие на солнце равнины, трогательное гранатовое деревце среди цветущих трав, окаймленную камнями дорожку, старинную арочную террасу, приветливую широкую тропу, истомленные полуденным зноем горы. Мягкая сияющая палитра воспевает благословенность этой теплой земли и свежесть тихих мирных дней, и эта музыка любви звучит так искренне, в ней столько доверия и надежды, что становится и радостно, и грустно.
Испания и её природа пробудили в Людмиле Бальцер особенный импульс к творчеству. Это целиком поглотившее ее занятие дало ей ощущение полноты жизни и защищенности, стало способом организации своего внутреннего пространства, свободного и независимого, как отдельная страна. Испанские пейзажи Людмилы Бальцер поражают зрителя вдумчивым отношением к натуре, смелостью композиционных задач, силой и подлинностью чувства. Взять любую из картин серии – каждый ее миллиметр насыщен любовью к миру, острым ощущением бытия.
Выставки Людмилы Бальцер в Валенсии (Онтиниент, 2008; Аиело де Мальферит, 2009) дали ей новый опыт общения со зрителем, иной, нежели полученный в Германии, где с 2000 и по 2010 годы, состоялось девять ее выставок. В Германии у нее сложилась репутация художника, трактующего «мир по-русски». Видимо, в ее работах было чуть больше лиризма и субъективного, личного начала, чем это заложено в немецкой ментальности и культурных традициях. А в Валенсии к Людмиле Бальцер подходили взволнованные ее искусством люди, и говорили, что она, русская художница, безошибочно угадала и прочувствовала душу их родного края. Посетители выставок даже приносили и показывали ей старые фотографии, чтобы подкрепить свои слова. Этот поразительный феномен понимания места, может, и объясняется историко-культурным чутьем или, скажем, национальными темпераментами, но, скорее всего, причина в состоянии души художника, в ее слиянии с предметом изображения.
В работах Людмилы Бальцер всегда присутствует она, автор. Один и тот же внимательный и доброжелательный взгляд растворен в видах Испании, Германии, России, в придуманных мифологических мирах. Это взгляд, преображающий и создающий: в картинах, та реальность, которую человеческая личность собирает из течения повседневности, своих ощущений, встреч, надежд, размышлений.
Собирание «своей» реальности – что можно назвать главной задачей человека вообще – у Людмилы Бальцер происходит восхитительно по-женски, со всей присущей нашему роду гибкостью, находчивостью, всепобеждающим терпением и …нежностью! Определение границ будущего произведения, согласование множества элементов, удерживание заданной иерархии предметов, и, таким образом, упорядочение своего мира, обнаружение своего образа реальности – это уже не только творческий процесс, это работа философского порядка. Искусство для серьезного художника – всегда способ постижения смысловых вопросов человеческого бытия. В ряде полотен Людмилы Бальцер мы видим изображения крылатых «гениев» – существ, символизирующих ангельское, творческое, природное начала. Названия работ дают только намек, потому что любые толкования здесь – не более чем предположения. Погружаясь в космос этих полотен, обретаешь целый мир значений и идей, что само по себе – неплохой результат, ведь и для зрителя искусство – способ постижения вечных, смысловых вопросов человеческого бытия…
Натурные и «сочиненные» произведения Людмилы Бальцер стилистически различны. Первые - живописны, в них есть пространственная воздушная среда, вторым же свойственны графичность и декоративность. Общими для тех и других остаются восхитительная нежность колорита, прописанность и цельность.
Людмила Бальцер уделяет огромное внимание технологии живописи. Как художник-станковист, она взялась серьезно писать уже в зрелом возрасте, многое ей пришлось постигать заново. И, хотя у неё уже было образование в области изобразительного и декоративно-прикладного искусств, она проштудировала множество книг и статей по технике и технологии масляной живописи.
С чисто женским перфекционизмом Людмила Бальцер выбирает для своих картин лучшие, самые дорогие и качественные холсты, грунты и краски. Ее работам не грозят растрескивания грунта или красочного слоя и осыпи, сколько бы лет не прошло. В творческом поиске, опытным путем и экспериментируя, она выходит на собственные секреты мастерства, определяющие те или иные формальные стороны живописи, например такие, как качество фактуры.
Часто бывает, что работы, увиденные в репродукциях, вызывают интерес, а в реальности, при непосредственном знакомстве, разочаровывают. Произведения Людмилы Бальцер обязательно надо видеть вживую, видеть их поверхность, мягкость колорита, ощущать их ауру…нежности.
Ласковая уютность жанровых картин Людмилы Бальцер обволакивает зрителя феминностью, в которой – и трогательная откровенность, и романтическая мечтательность. Они иллюстративны, богаты деталями, и в центре их повествования чаще всего – Она, Женщина. Стиль приближен к наивному трактовкой форм, совмещением перспектив и нарушением масштабности, и мог бы быть воспринят как нечто вторичное, но… как очаровательна крошечная чашечка с блюдцем на столике рядом со спящей в кресле девушкой («Сон невесты», 2015), какое сюрреалистически четкое завораживающее отражение у скамейки в луже осеннего парка, («Поэтесса», 2015), сколько увлекательных «говорящих» подробностей в каждой из картин! Их маньеристичность нисколько не воспринимается как нечто искусственное, бьющее на эффект, она является modus vita каждого образа.
Героини Людмилы Бальцер просты в своих действиях: они или ждут любимого у окна, или сидят с книгой, или прогуливаются по парку, или просто отдыхают на софе. Выразительность этих главных образов, соответствующая только им характерная среда, детали, которые выступают с такой многозначительной важностью – все это не отпускает зрителя, заставляет мысленно раскладывать, как увлекательный пасьянс, варианты судеб персонажей.
«Романное» воображение и фантазийность художницы создают истории, напоминающие рассказы Виктории Токаревой о женских мечтах, надеждах, наивности и доброте. Особенности сюжетов Людмилы Бальцер в том, что они всегда заканчиваются хорошо, потому что ее героини приближены к идеалу, гармоничны и самодостаточны. А еще они редкостно – если иметь в виду распространенный в наше время тип визуализации женских образов – невинны. «Прекрасные дамы» Людмилы Бальцер влюбляют в себя безо всякого соблазнения.
Написание этих приятных и спокойных картин, надо сказать, стоит автору большого эмоционального напряжения и душевного труда, в них разрабатываются непростые темы и творческие идеи.
Жанр, в котором Людмила Бальцер позволяет себе расслабиться и снизить накал творческого возбуждения – натюрморт, хотя это и не означает, что данный жанр ее не занимает.
«Для меня до сих пор совершенно удивительно, как обычные бытовые предметы, которые давно меня окружают, или те, что я увидела и купила в лавке старьевщика, превращаются в искусство. Это же чудо!», – говорит художница. То удовольствие и чувство свободы, которые сопровождают ее в процессе создания предметных композиций, самым непосредственным образом переходят в их энергетику и содержание. В натюрмортах есть радость, юмор, и они так же, как и жанровые композиции, ведут свой интригующий затейливый рассказ. Какую здесь роль играют шары из натуральных редких камней, какую смысловую нагрузку несет тот или иной необычный предмет, старинный или этно-экзотический, о чем рассказывает узор на драпировке или кружевной платок, состав букетов или набор книг, названия которых можно рассмотреть? Все это разгадывается не сразу, причем, доверительно-нежная и обстоятельная живописная манера весьма располагает к неторопливому прочтению, позволяя ощутить и прочувствовать всю потаенную магию представленных вещей.
У Людмилы Бальцер есть еще два успешно реализуемых направления ее творчества: полихромная и черно-белая графика.
Пастели, выполненные на картоне или мелкой наждачной бумаге, развивают уже знакомую нам жанрово-сюжетную линию, хотя в них нет той филигранной описательности, что присутствует в масляных полотнах. Они лаконичнее, и у них совершенно иная темпоральность. Торопливый штрих и дышащая фактурность придают образам динамичность: Прекрасные Дамы в пышных платьях, в шляпках моды 30-х годов прошлого века, в боа, с классическими или авангардными прическами, в пространстве художественных листов как будто проживают «здесь и сейчас» длящиеся моменты своей жизни.
Черно-белая графика Людмилы Бальцер подразделяется на лирическую сюжетную и аналитическую предметную. Первая – своего рода утонченный аналог авторской живописи и пастелям, исполненный в каллиграфически-невесомой рисовальной манере. Ко второй относится серия с орнаментально разработанными природными мотивами «малых форм». Кора деревьев, камни, раковины, листья, ветки, увиденные, словно через увеличительное стекло, и линеарно обобщенные, становятся элементами таинственных пластических лабиринтов. Работы отличает структурность и рациональность, но приближено-пристальный взгляд художницы отражает бесконечное внимание и интерес ко всему окружающему, единение с ним.
Дотянуться до небес и присмотреться к малейшей былинке – большой диапазон для художника и для человека. Однако, стремление к всеохватности – черта вполне женская. Людмила Бальцер не только работает во многих жанрах, включая портрет, у нее дар превращать в искусство все, что ее окружает.
Возвращение на родину – художница теперь живет в Краснодаре – открывает для нее новый этап жизни и деятельности. Ее дом проникнут эстетикой тонкого вкуса, и оформлен так, чтобы в перспективе здесь можно было проводить небольшие выставки и арт-встречи. Уникальные крупноформатные мозаики украшают главную внутреннюю стену обширной придомовой территории с оригинальным ландшафтным решением, а главное, авторскими садово-парковыми композициями: забавной анималистикой и всевозможными вазами, некоторые из которых несут черты стилистики знаменитого испанца Гауди.
«Без поддержки моего мужа, Владимира, не было бы ничего: ни моей жизни, ни искусства, ни надежд. Дети и внуки уже выросли, но жизнь продолжается, и она должна содержать в себе вдохновение и любовь», – говорит Людмила Бальцер. И здесь опять хочется добавить слово «нежность».
И очень хорошо можно понять, почему так. В работах Людмилы Бальцер – живая нежная душа и любовь, лежащая в основе этой нежности.
Людмила Павлова, член Союза художников России, искусствовед, 2019г.